Мейнстрим, андеграунд и субкультура в современной музыке

Пытаясь определить место  того или иного музыканта или музыкального коллектива в пространстве современной музыкальной культуры , мы часто используем термины «мейнстрим» и «андеграунд». Причем эти слова мы употребляем часто произвольно, в самом широком значении ,и границы этих понятий музыковедами не достаточно определены всё по тем же крайне субъективным причинам и разности в бэкграундах музыкальных критиков. В этой статье я решил немного порассуждать о том, как соотносятся эти понятия в современной музыкальной культуре, а также напомнить такое «общее» с социологией и уже почти забытое и очень ангажированное в сегодняшних реалиях понятия как субкультура. Какие же культурные явления скрываются за этими терминами, и каково их место в современном мире? Исконное значение этих терминов можно понять, поупражнявшись в английском. Main Stream — главное течение. Отсюда банальный вывод — музыковедческое понятие «мейнстрим» может означать «главное магистральное направление в современной музыке», то есть то, что является непосредственным элементом популярной или массовой культуры. Надо сказать, что это соотношение тоже неоднозначно, и о нём мы поговорим в отдельной статье.


Что же такое «андеграунд»? Если переводить с английского — подземелье. Это те группы, которые играют в подвалах и не выходят к широкому слушателю. «Не выход к широкому слушателю» может объясняться двумя причинами

  1. Нежеланием самих музыкантов
  2. Непринятием их этим самым «мейнстримом» или властью.

По вопросу двух этих понятий андеграунда музыканты и музыковеды спорят до хрипоты.

В СССР под андеграундом понималось то, что не было допущено в официальную культуру, по цензурным соображениям. Сначала андеграундом был весь рок, потом после 80-го года с «рокерами» уже смирились. Стали создаваться рок-клубы, в андеграунде остались «ответвления русского рока» — металл и панк, которые в бесцензурные времена 90-х также вылезли в мейнстрим.

При этом сегодня появилась целая когорта исполнителей, кто не появляется на широкую публику, работает для своего определенного круга слушателей и играют ту музыку, которую им хочется, без оглядки на запросы масс. Опять же эта музыка в жанровом отношении может быть совершенно любой, но вот тусовка, сушащая и играющая такую музыку определенная, это люди «обособившиеся от массовой культуры».

Музыканты, относящиеся к советскому поколению в российской рок-музыке не считают этих музыкантов андеграундом. Тех, кого называли андеграундом за их музыкальное творчество, раньше «вязали менты», сегодня такого нет, значит и андеграунда быть не может.

Такая позиция, нужно заметить, уязвима для критиков. Ситуация «рок против власти» существовала в СССР, на западе за музыку «в бобик не сажали». И что у них нет андеграунда? Есть. И их «андеграундом» считались как раз те, кто не хотел или не мог пробиться в «массовую культуру», зарабатывать своим творчеством. Однако и западные панки и металлисты некоторых поджанров стали мейнстримом, но андеграунд всё равно остался.

Итак, что же становится критерием разграничения между «мейнстримом» и «андеграундом» — неужели уровень популярности? Отчасти да, однако это неприлично грубая градация. Музыканта может никто не знать, но по своему мировоззрению и уровню музыки он может быть вполне мейнстримовым.

Дело тут как раз в «тусовке», то есть в определенном пласте культуры, в котором «крутится» человек, и на который работает, насколько в этой тусовке признаются и как интерпретируются магистральные культурные ценности, каково отношение этой тусовки к «массовой культуре».

В этой связи вспоминается понятие субкультура. Что же это такое? Согласно одному из определений, это часть культуры, отличающаяся от доминирующей культуры. Ряд исследователей также настаивают на том, что субкультура не противостоит, а лишь обособляется от официальной культуры, являясь при этом её частью.

Временем расцвета субкультур были 60-70 гг, тогда начало формироваться «общество потребления» и «массовая культура», против которой и восстала молодежь. Сегодня классические субкультуры, относящиеся к разряду «музыкальных» уже давно не являются «уникальным феноменом»: панками, готами и эмо сегодня никого не удивишь. Это уже тоже часть доминирующей культуры. Такое положение вещей может повлечь за собой разговоры о том, что субкультура в классическом виде умерла, субкультуры пришли в мейнстрим. Лицо этого мейнстрима изменилось и массовая культура поглотила всё. Однако названными субкультурами это понятие не ограничивается. Субкультура и музыка — понятия, связанные, но не тождественные, у каждой субкультуры есть своя музыка и у каждой «неформатной» музыки своя субкультура, и «классическим списком» здесь не отделаешься.

Так, например, выделяют такую субкультуру как «культурные бунтари». Это часть людей, как правило, высокообразованных и признающих классические ценности доминирующей культуры, но при этом находящиеся на периферии артистического мира. К этим культурным бунтарям можно отнести и непонятных гениев, философ, писателей, поэтов, живущих вне ценностей «первого канала» и игнорирующих их.

Вот мы и «поймали за хвост» так называемый русский андеграунд или некоммерческий рок XXI века. Та музыка, которую я подвожу под это определение, как правило, рассчитана на достаточно образованную, интеллектуальную публику, люди с низким культурным уровнем вряд ли эту музыку оценят. «Ум-ца-ца» с пьяным солнцем из утюга в маршрутке им будет куда больше по душе, чем гитарные опусы типа «речи о доверии нет в конце эпох», от омской певицы Леоны. Тут даже не столько в уровне интеллекта дела, сколько в уровне осознанности и бэкграунде человека. Проще говоря эта музыка понятна не всем, она базируется на доминирующей культуре и её не отвергает, но не переходит в массовую. Получается, что самое правильное название для «некоммерческого рока», называемого русским андеграундом это — субкультура «неформатного русского рока», условно назовем её так. Соотнося «музыкальное явление» с категориями социологии определим эту субкультуру как подвид и конкретное проявление «культурных бунтарей».

Конечно же, для создания полной картины необходимо разбираться в том, что такое массовая культура, говорить о массовости, популярности и элитарности, о том что значит «формат» и «не формат» и с каких сторон смотреть на эти явления. Эти темы взаимосвязаны с тем, о чем я говорю, но это уже немножко другая история. Концепция современной культуры — это здание, которое надо строить по кирпичикам. Не хочется мешать всё в одну кучу, поэтому некоторые моменты я тут подробно не объясняю. Ограничимся лишь тем, что «массовость» и «форматность» — это то, что понятно и принято большинством населения, относящегося к классу «обывателей».

В конце стоит поставить вопрос о том, применим ли термин «андеграунд» к современной «неформатной» музыке. Да, применим, но весьма условно. Я не случайно выше, при определении формата, упомянул два критерия: «понимание» и «принятие». Как мы уже установили выше «субкультурой» в современных условиях является то, что «массам» не до конца понятно, но при этом не противоречит магистральной культуре, находится в её рамках и игнорирует или принимает массовую культуру. При этом именно фактор «непонимания» не дает широким массам принять эту музыку, она не понятна многим на ментальном уровне. То есть «понимание» — это принятие на ментальном уровне. А то что мы называем «принятием» — это не ментальная, а морально-этическая категория, принять — то есть счесть допустимым и приемлемым для себя. Большинство музыкантов современного русского «неформата» массовый слушатель вполне допускает, то есть считает приемлемым, но не выбирает для себя как явление магистральной культуры, поэтому это скорее субкультура.

Отдадим дань старшему поколению, тем кто помнит советский рок, и представим «андеграунд» как явление запрещенное. Запрет может исходить не только от власти, но и от общества. Проще говоря, андеграунд — это то, что общество не принимает. Культура андеграунда может быть и понятна, но она не принята, так как идет в разрез с мейнстримом, считается «массами» неприемлемой по каким-то причинам. А кто попадет в эту категорию — зависит уже от общества и от уровня массовой культуры, тот же Шнур, например, к которому с морально-этической точки зрения давно были вопросы, прекрасно принят массовой культурой и давно стал мейнстримом. Но это уже вопрос к культурному уровню современного общества и облику «массовой культуры».

Рассказать друзьям:

1 комментарий

  1. Хм, достаточно странно рассуждать на эту тему, приводя в пример рок-музыку. Для современного читателя, как мне кажется, гораздо понятнее пример рэп-музыки. Сейчас это главный жанр в мире и в нашей стране и это мейнстрим, но буквально 7-10 лет назад это был абсолютный андеграунд.

Добавить комментарий